Лилия Гриневич: «Переходим от школы, в которой только напихивают знаниями и воспроизводят их, к школе компетентностей»

Первое сентября — это своеобразный Новый год для тысяч учителей, школьников и их родителей. В новогодний праздник, как известно, заведено строить планы на будущее и загадывать желания. Тем более что новый учебный год будет необычным: в сентябре парламент обещает наконец-то проголосовать закон «Об образовании», а в ста школах начнется пилотирование нового стандарта начального образования.

О том, каких изменений нам ждать, рассказала министр образования и науки Лилия Гриневич.

— Лилия Михайловна, можно ли ожидать, что закон «Об образовании» будет проголосован в начале сентября? Есть голоса в Верховной Раде?




— Думаю, да. Голоса есть. По крайней мере, это та обратная связь от депутатов, которую я получила, обойдя с презентацией закона почти все фракции. Председатель Верховной Рады пообещал мне, что в сентябре закон будет внесен в повестку дня для рассмотрения парламентом. Президент также призвал голосовать закон «Об образовании». Мы сняли очень много вопросов, связанных с законом, возникших у депутатов и у всех заинтересованных сторон.

— Вопросов, которые вызвали дискуссии и споры и могли бы помешать голосованию?

— Да. Мы дорабатывали закон, пока не нашли консенсусные решения по основным вопросам.

 Конечно, в двух словах охарактеризовать закон «Об образовании» сложно. Но не могли бы вы назвать несколько его самых больших, на ваш взгляд, плюсов и минусов?

— Это закон новых возможностей. Возможностей для детей и их родителей, а также для учителей и для всей системы образования согласно потребностям общества. Для детей и родителей важно, что законом мы легитимизируем разные формы обучения. Мы видим, что многие родители, недовольные школьным образованием, забирают детей, например, на домашнее обучение.

Однако сейчас это делается скрытно, поскольку закон не дает возможностей сделать это легально. Новый закон решает указанную проблему. Если ребенок будет учиться по индивидуальному плану или на домашнем обучении, родители должны иметь возможность привести его и проверить, чтобы этот ребенок не отставал в обучении.

Кроме этого, полученные вне формальной системы образования образовательные результаты будут признаваться и засчитываться в системе формального образования. Это значит, что ребенок, который, например, усиленно занимается спортом, сможет не сдавать нормативы в школе, а вместо физкультуры посещать другой урок в параллельном классе.

Моя цель (может, это очень патетично прозвучит) — сделать для ребенка школу такой, чтобы родители не хотели забирать его оттуда. И чтобы они видели, что школа готовит ребенка к жизни в ХХІ веке.

Именно поэтому в законе мы прописали другой подход к обучению: переходим от школы, в которой только напихивают знаниями и воспроизводят их, к школе компетентностей. А это ведет за собой изменение стандартов образования, масштабное переобучение для учителей.

Возможности для учителей — это увеличение количества форм повышения квалификации. Мы планируем, что часть государственных средств, выделяемых на обучение учителей, будет идти субвенцией на места. Так педагоги смогут сами выбирать, где учиться, а государство будет за это платить.

Мы также увеличили время на прохождение повышения квалификации: часть этого времени будет сопровождаться институтами последипломного образования, а на другую часть времени учитель может выбирать для себя другие формы повышения квалификации. Какой здесь есть вызов? Чтобы у нас было для себя достаточно альтернативных форм повышения квалификации. Я уверена: новый закон даст толчок их появлению.

Возможности для системы образования — это создание реальной связи с рынком труда, которой сегодня нет. Новый закон предусматривает развитие Национальной рамки квалификаций и создания Национального агентства квалификаций, которое будет заниматься переведением профессиональных стандартов в образовательные. В законе есть еще очень много других положительных моментов, которые, я бы сказала, «расшивают» узкие места нынешней системы.

Если же говорить о минусах, то для меня такими являются сложные политические вопросы, вокруг которых возникают самые большие дискуссии и на которых могут спекулировать различные заинтересованные группы. Например, языковый вопрос. На самом деле в законе «Об образовании» мы бы должны были просто написать, что использование языков в образовании регламентируется языковым законодательством.

Но, принимая во внимание несовершенство нашего языкового законодательства — принятый с нарушением процедуры (я тогда была в парламенте, все это происходило на моих глазах) Закон о языках, — мы не можем на него ссылаться. Поэтому пришлось выписать в законе «Об образовании» применение языка, полагаясь исключительно на Конституцию. Потому что если мы будем ждать, когда примут новое языковое законодательство, закон «Об образовании» застрянет в парламенте неизвестно на сколько. А этого допустить нельзя.

Конечно, есть и другие позиции в законе, которые после тысяч поправок депутатов также были площадкой для поиска консенсуса.

— Консенсуса или компромисса?

— Консенсуса. Я считаю, что когда готовится базовый закон, который принимается раз в  десять лет, надо искать консенсус, а не компромисс.

Закон «Об образовании» будет детализирован в других законах. Мы предлагали народным депутатам: давайте впишем что-то более обобщенно, а потом детализируем в законе «Об общем среднем образовании». И тогда они понимают, что у них там еще будет о чем договариваться.

Но необходимые краеугольные принципы для системы образования мы уже заложили, и это очень важно.

 В заключениях Главного юридического управления Верховной Рады к проекту закона «Об образовании» указано, что «значительное количество положений проекта требует доработки»; есть замечания об «отсутствии системного нормирования», о «неполноте правового регулирования».

— У меня есть опыт парламентской работы. Обычно юридическое управление работает так: оно берет действующее законодательство и все, что отходит от него, трактует как несовершенную норму. Поскольку это базовый закон, который ведет за собой принятие новых законов «Об общем среднем образовании», «О профессиональном образовании», «Об образовании взрослых», этот закон и не может не противоречить, например, действующему Закону «Об общем среднем образовании».

К законам, которые вводят реформу, бывают такие замечания. Подобное было и с законом «О высшем образовании».

— Если новый закон «Об образовании» не будет принят в сентябре, Новая украинская школа (НУШ) все равно стартует, и с 1 сентября будет пилотироваться новый стандарт начального образования? Этого ждут родители. Но у меня вопрос: новый стандарт еще не утвержден?

— Стандарт начального образования одобрен коллегией Министерства образования и науки. Основные принципы и подходы к Новой украинской школе понятны и уже зафиксированы в Концепции НУШ, утвержденной Кабмином, в принятом Политическом предложении правительства о реформировании общего среднего образования и в решении Нацсовета реформ при президенте Украины, который также поддержал реформу. В то же время Стандарт еще должен быть утвержден Кабинетом министров, и мы уже отправили его на согласование в центральные органы власти. Надеюсь, вся согласительная работа завершится до конца нынешнего календарного года.




Сейчас же мы запускаем эксперимент по апробации программ начальной школы, разработанных на основе нового образовательного стандарта. Этот процесс не нуждается в утверждении Стандарта Кабмином. Так, мы уже предложили модельную программу и новые учебные материалы, а также выбрали 100 пилотных школ, которые будут осуществлять этот эксперимент. 200 учителей этих школ уже прошли повышение квалификации по активным методам деятельностного обучения и будут учить детей по новой программе.

Мы считаем, что во время этого эксперимента получим когорту учителей, которые смогут продемонстрировать, как именно работают новые методики обучения. Будет нарабатываться опыт, который потом можно будет распространять среди учительского сообщества. Мы уже даже увидели трансформацию педагогов, открывающих для себя новые возможности.

Также речь идет о формировании иной образовательной среды для начальной школы. Например, мы учим трансформировать класс в несколько групп, где у дети занимаются различными активностями. Мы готовим средства обучения, с которыми должен работать маленький школьник и которые сейчас, к сожалению, не используются повсеместно во всех украинских школах.

Например, так называемый математический куб и набор Кюизенера.

Набор Кюизенера

Это основные вещи, которые должны апробировать и понять, например, что еще нам может понадобиться для всей Украины, когда это будет сопровождаться общегосударственной программой.

Математический куб

— Премьер-министр Владимир Гройсман недавно объявил, что на реформу начальной школы правительство выделит 1 млрд грн. На что пойдут эти средства?

Вся актуальная информация, материалы, новости, документы, советы специалистов и ответы на вопросы о НУШ собраны там. Дополнительно там есть функционал, который помогает нам собирать обратную связь о реформе и отвечать на вопросы.

Национальная образовательная онлайн-платформа — это совсем другой проект. На этой платформе должны быть собраны интерактивные учебные материалы для школьников, учебные материалы для учителей (методические материалы, видеоуроки, рекомендации и т.п.), советы для родителей по вопросам их общения со школой.

В перспективе мы хотим сделать так, чтобы эту платформу могли использовать не только школьники и учителя в учебном процессе, но и все граждане Украины для самообразования. Собственно, именно на нее планируется выделить 54 млн грн в госбюджете 2018 г.

— Одна из главных составляющих реформы школы — внедрение компетентностного подхода к обучению. Он должен вытеснить из школы подход, ориентированный на зубрежку. Это хорошо, но я ощущаю дежавю: после Оранжевой революции мы уже пытались ввести компетентностный подход в школе. Тогда и стандарты написали, и программы создали. Было модным проблемное обучение. Потом сменилась власть, были созданы новые программы и стандарты. Компетентностного подхода никто не запрещал, — просто тихо угасло внимание к нему. Он не прижился, не пустил корни. В этот раз будет иначе?

В школе учителя больше нацелены на изменения, поскольку они видят, как изменились дети, и понимают, что им уже трудно справляться с ними старыми методами. Поэтому для нас очень важно, чтобы в проекте изменения педагогического образования также приняли участие педагогические университеты. За участие в нем они будут бороться на конкурсных началах.

— Планируете ли повысить проходной конкурсный балл для педагогических вузов? Так, как, например, в этом году хотело сделать Министерство здравоохранения для медиков? Если на учителя физики идет абитуриент, получивший 100 баллов (самый низкий проходной балл) за ВНО по физике, — то каким учителем он станет?

— Если вы хотите решить проблему качества учителей физики только принудительным пороговым баллом, то это у вас не получится. Сейчас у нас низкий уровень поступающих на физику потому, что среди тех, кто хорошо ее знает, очень мало найдется желающих работать учителем. Они понимают, что с такими знаниями на рынке труда можно найти другую нишу. Поэтому надо подумать, как мотивировать учителей точных предметов. У нас есть определенные наработки, как мы с этим будем бороться. И прежде всего нужно повысить социальный статус учителя и престиж профессии.

Посмотрите: там, где есть спрос на профессию, широкий конкурс абитуриентов сам поднимает планку. Мы не смогли зафиксировать проходной порог в 150 баллов для медиков, поскольку это было бы нарушением прав абитуриентов. Потому что когда они выбирали, куда поступать, такой нормы не было. Хочу сказать, что в широком конкурсе на лечебные факультеты мы получили проходной балл не 150 баллов, а от 160 до 196,8, в зависимости от специальности.

— Надо, чтобы сертификация доказала свою эффективность, и тогда мы зафиксируем ее обязательность для всех. Понимаете, должен быть ресурс времени и принятие в обществе. Именно поэтому мы сейчас заложили мягкий подход к сертификации. Когда мы выходим с такой масштабной реформой, нам нужны агенты перемен — учителя, которые готовы меняться, готовы применять новые методы обучения. Сертификация поможет их выявить.

— Успех Новой украинской школы во многом будет зависеть от подготовки учителей. Вы неоднократно говорили, что это едва ли не самый большой вызов Новой украинской школе. Кто их будет готовить? В приказе Минобразования перечислены Академия педагогических наук, департамент общего среднего и дошкольного образования МОН, институты последипломного образования. Но это учреждения, уже многие годы занимающиеся подготовкой учителей. В 2013 г. на парламентских слушаниях о состоянии среднего образования вы сказали: «Сейчас в Украине учителя XX века учат детей XXI века по методикам XIX века.» С тех пор в системе повышения квалификации учителей ничего не изменилось. И мы на нее снова надеемся?

— Это не совсем так. В приказе министерства записаны ответственные. Но у нас предусматривается масштабная переквалификация всех учителей, которые будут брать 1-й класс в 2018–2019 учебном году. Сейчас мы работаем над дистанционным курсом для этих учителей по методикам обучения.

Кроме того, начались тренинги для тренеров, которые будут работать на базе институтов последипломного образования. Тренинги проводит творческий коллектив людей, объединенных идеями Новой украинской школы и являющихся уникальными носителями активных методик обучения.

— Нет, планируется, что ВНО в 9-м классе будет запускаться к старту старшей профильной школы. По действующему календарю реформы, по которому мы движемся, это ориентировочно после 2026–2027 учебного года.

— Будет ли создан репозитарий электронных учебников?

—В этом году в свободном доступе есть все электронные учебники для девятиклассников. Мы начали заключать соглашения с издателями на печать только после передачи ими электронной версии. В следующем году будем печатать учебники для 10-го и 1-го классов, и все они будут в электронных версиях.

Учебники, уже закупленные для других классов, мы можем только просить у издателей в электронном виде. Издательствам, которые размещают электронные версии учебников на своих сайтах бесплатно, мы предлагаем передать их нам. Я советую родителям, увидев бумажные версии учебников своих детей, зайти на сайт издательств, которые их напечатали, и посмотреть, есть ли там бесплатная электронная версия. Многие издательства так делают.

— Что делать с перегрузкой учеников домашними заданиями? Перед началом учебного года Минобразования разослало школам рекомендации, в которых сказано, что в 1-м классе домашние задания не задают вообще, во 2-м их выполнение должно длиться не более 45 мин., в 3-м — 1 ч. 10 мин., в 4-м — 1 ч. 30 мин. А на выходные, праздничные дни и каникулы вообще ничего задавать нельзя. Рекомендации очень горячо поддержали родители. Но эти нормы существуют еще с 2001 г. (прописаны в Государственных санитарных правилах и нормах). И ежегодно при всех министрах издаются приказы или письма о том, что следует их придерживаться. Администрация школ каждый год проверяет объемы домашних заданий в своей школе и пишет приказы и справки. Но на самом деле нормы остаются на бумаге.

Мы можем от него отказаться, но сначала должны научить наших учителей поддерживаемому оцениванию и выписать его критерии. И это является, кстати, одной из частей финско-украинского проекта. Мы не должны убирать обратную связь школы с родителями и с ребенком. Поскольку цель оценивания заключается в том, чтобы ребенок чувствовал, что ему удается, а что — нет. И чтобы это понимали родители. Вы не увидите, например, в шведской школе, какую информацию получают родители о ребенке.

Это никоим образом не оценки, которые видят все (как у нас на родительском собрании). Родителям приходит письмо, в котором содержится довольно подробный текст о ребенке: что ему удается, а что — нет.

— Что делать, чтобы оценки были объективными, чтобы недобросовестный учитель не чувствовал себя в классе барином, который хочет — милует, а хочет — наказывает? Есть международный опыт улучшения системы оценивания, и нам его недавно презентовали международные эксперты, подготовив отчет «Обзоры ОЭСР на тему добропорядочности в образовании: Украина–2017». Некоторые из рекомендаций этого отчета мы уже пытаемся реализовать (планируем составить новые критерии оценивания, внедрить ВНО на разных этапах школьного обучения, а не только в выпускном классе). Но есть и такая рекомендация: ввести модель внешнего вмешательства в систему выставления оценок. Например, внешнее модерирование, когда учителя из разных школ систематически проверяют друг друга во время выставления важного итогового оценивания. У нас можно было бы реализовать нечто похожее?

— Кстати, об исследовании. В Украине до сих пор нет ни концепции мониторинга качества образования, ни баз данных. Пока что реформы мы проводим, можно сказать, интуитивно. Под этим нет статистики.

— Конечно, у нас очень слабая статистическая база. Мы, по идее, такие исследования должны были бы делать по разным тематикам на различных уровнях обучения. Но мы не делаем их из-за отсутствия средств, ведь такие исследования — очень дорогое удовольствие. Принимать концепции надо под реальные шаги. Написание еще одной концепции не означает, что вы потом делаете это в жизни. Мы уже осуществляем реальные шаги по мониторингу, которые выписаны в политическом предложении «Новая украинская школа».

В 2018 г. Украина будет принимать участие в международном сравнительном исследовании PISA. И мы уже провели пилотирование его материалов без единого дополнительного документа и концепции. Мне кажется, что мы преувеличиваем их значение и привыкли к куче теоретических документов, которые потом не выполняются. У нас есть четкий план и обязательства участия в международных сравнительных исследованиях PISA и TIMSS.

— Конечно. На ближайшие два года у нас все понятно: есть бюджетные обязательства, и под них мы планируем соответствующие мониторинговые исследования. Вместе с тем, если мы говорим о развитии этой системы, нам надо, наконец, принять новый закон «Об образовании», и тогда у нас будет новая институционная модель. Появится служба качества образования, которая возьмет на себя часть работы, связанной с мониторингом. Есть также УЦОКО, и у него будет своя часть работы. Мониторинг качества образования, который должен охватить разные секторы образования, — это будет синергия усилий различных учреждений. В высшем образовании планируется запуск системы независимых центров оценивания качества высшего образования по соответствующим профилям.

Эти центры сертифицирует наше многострадальное НАОКВО. Сама система мониторинга качества образования — комплексная задача, которую мы сможем дальше выписывать, когда примем закон «Об образовании».

— Скоро начнется подготовка Условий приема в высшие учебные заведения в 2018 г. Планируете ли вы в следующую вступительную кампанию отказаться от дополнительных коэффициентов, баллов за олимпиады и МАН — в общем, от всего, что размывает результаты ВНО?

— Мы готовим большое публичное обсуждение Условий приема. Первые предложения будем готовы представить в первую неделю сентября, — у нас пройдет широкое совещание с Ассоциацией ректоров, на которой будем подытоживать вступительную кампанию.

Создана соответствующая комиссия по аудиту вступительной кампании. По результатам ее работы, а также на основе полученных нами дополнительных предложений будут приняты соответствующие решения. Часть условий уже прописана в законах, и Условия приема только ретранслируют их.

Например, если отказаться от некоторых льгот, надо будет изменять законы. Есть то, что можно сделать, не вмешиваясь в законодательную базу, и если мы увидим, что в этом есть смысл и люди этого хотят, — обязательно внесем соответствующие изменения. Если надо будет изменять законы, мы обратимся с соответствующим предложением в Верховную Раду.

Но какая здесь есть проблема? Условия приема надо утвердить до конца октября. Прохождение законов в парламенте очень медленное. И если мы будем изменять что-то связанное с законом, — возникнет та же проблема, что и в прошлом году: парламент принимает закон, и мы вынуждены вносить изменения в Условия приема уже после их юридического одобрения.

— Абсолютно верно. Если мы изменяем стандарт начальной школы, у нас есть замечательная возможность сделать более дружественным к ребенку дошкольное образование. Потому что получилось так, что школа использовала в работе с младшими детьми те же подходы, что и со взрослыми. И дошкольное образование тоже начало на это ориентироваться.

Как только мы примем стандарт начального образования, будем дорабатывать и стандарт дошкольного. Что для нас еще важно (и это проблема нашей страны) — доступность дошкольного образования. Сейчас мы взяли курс на ликвидацию очереди в дошкольные учебные заведения. Это действительно очень большая работа с огромным количеством ресурсов.

Создано мест в садах по подсчетам Министерства образования и науки Украины

Премьер-министр дал поручение изучить, как будет преодолеваться очередь в детские сады в каждом регионе, учитывая его специфику. Наша задача — сделать дошкольное образование более доступным, с инклюзивными группами.

— Поздравляем вас с новым учебным годом! Пусть все полезные намерения и планы осуществятся.

Оксана Онищенко, Зеркало Недели.