Вагнер

«Гала-Вагнер»: впечатления любителя оперы

Постепенно фойе Киевского оперного театра начало заполняться многоликой публикой, в рядах коей внимательный ум не мог не заметить некую вполне обоснованную обеспокоенность – стрелки часов вот-вот должны были показать заветные «19-00», тогда как «первый звонок» упорно отказывался почтить ожидавших своим звучанием. Некоторые отчаявшиеся зрители, вознамерившись сломить оборону театральных устоев, даже пытались самостоятельно проникнуть в партер, однако их стремительное продвижение было успешно остановлено опытными сотрудниками театра. Тем не менее, волнительные моменты прошли, и посетители, пускай и с опозданием, заняли свои места.

«Сегодня большое событие», — вполне справедливо отметил один разместившийся рядом с автором этих строк ценитель классической музыки. Действительно, произведения Рихарда Вагнера редко звучат в стенах Киевской оперы, поэтому данное  обстоятельство, как, собственно, и избранная для проведения концерта дата, придали предстоящему вечеру исключительный и мистический характер.

Своеобразным признанием этого заключения стал тот факт, что среди многоликой публики мы могли встретить подвергающихся самой беспощадной, порою несправедливой критике государственных деятелей, широко известных в прошлом журналистов, кои со сдержанной печалью пытаются самодовольно удержать покидающую их славу, молодых и амбициозных натур, успевших исполнить второстепенные роли в сценах культурной и политической жизни страны (быть может они в будущем и займут места вышеупомянутых персонажей) и множество других героев отечественной «Vanity Fair».




Всех их, впрочем, как вполне претенциозно считает автор, объединяет одно – побег от ужаса и банальности действительности, в которой они существуют. Побег в мир героев и богов, коими благодарные зрители уже никогда не станут, но коими в глубинах своей души они всегда хотели бы быть. Побег в мир монументальный, где нет места обыденным человеческим страстям, но есть величественность, устремляющая нас к свершению идеала, непосредственно наблюдаемого нами на сцене.

Первый отдел концерта начался с исполнения увертюры к опере «Der fliegende Holländer» («Летучий Голландец»). Под руководством Николая Дядюры оркестру Киевской оперы удалость замечательно передать как и умонастроение самого произведения, так и особенность вагнеровского стиля: прекрасно подобранный темп и великолепное сочетание силы духовых инструментов с драматизмом струнных словно переносили нас в морские просторы, где происходит борьба героя с природной стихией.

Завершение этой темы произошло в следующем концертном номере – арии Голландца, которую исполнил мэтр отечественной сцены Тарас Штонда. Его сильный, пробирающий до глубины души голос сумел передать полноту трагизма истории вечного морского скитальца, приведя публику в полный восторг. Ему удалось проникнуть в чертоги характера Голландца, выстрадать его образ буквально в каждом слове этой арии.

Фатализм этого номера был смягчен хором из оперы «Lohengrin» («Лоэнгрин»): немного невнятное начало, тем не менее, также во многом благодаря размеренному темпу исполнения, постепенно приобрело поистине теургический облик, будто приблизивший нас уже в конце произведения к источнику чистой любви. Продолжением этого лейтмотива стал сон Эльзы из вышеуказанной оперы – Лилия Гревцова с небывалым обаянием и нежностью блестяще исполнила эту арию, тогда как последовавший за ней «антракт» к III части «Lohengrin» внес элемент динамизма в программу концерта, вдохнув в зрителя новые силы и подготовив его к двум номерам из оперы «Tannhäuser» («Тангейзер»).

В частности, Игорю Евдокименко удалось отлично показать нам образ сентиментальной натуры рыцаря-поэта Вольфрама. В свою очередь хор пилигримов продолжил теургическую линию, придав окончанию первого отдела оттенки средневековой эпичности.

Во втором отделе был исполнен весь III акт оперы «Die Walküre» («Валькирия»). В роли Вотана — Тарас Штонда, Брумхильды — Татьяна Анисимова, Зиглинды — Татьяна Ганина. Должен признать, что в самом начале оркестр взял довольно быстрый темп, который немного изменил сущность мелодии Рихарда Вагнера, поскольку тем самым был, отчасти, утрачен элемент монументальности, столь свойственный творчеству немецкого композитора. Все же, проявившаяся во всей своей полноте мощь голосов трех вышеуказанных исполнителей сгладила этот неприятный уху ценителя момент. В конце концерта публика ликовала – достойная и справедливая награда.

Я покинул зал Киевского оперного театра с чувством глубоко удовлетворения – постановщики проявили должное благоразумие, решив ознакомить публику с лучшими страницами опер великого композитора: увы, по вполне очевидным причинам мы пока не готовы исполнить их целиком, но мы можем приблизить благодарного слушателя к фигуре Рихарда Вагнера, раскрыть разносторонность творчества этой глыбы музыкального искусства XIX века.

И для меня в тот судьбоносный вечер он предстал не только как монументальная личность, сама идея которой противостоит принципам жизни простых людей, но и как тонкая, порою даже ранимая романтическая натура, ищущая и творящая в мире смертных мир героев и богов.

Родион Пришва